Подарок в коробке

История Евгения

0:00 0:00

Когда я захожу в комнату, Женя сидит на полу
и собирает из конструктора грузовик.

Чёрный кузов уже готов. Не получается прикрепить только колесо.

Он берёт его правой рукой, придерживает левой, пробует так и так.
Колесо выскальзывает. Пробует ещё раз.

Потом смотрит на меня и говорит спокойно:

— Раньше я хорошо собирал.

На стене над ним — фотографии. Я почему-то всё время на них смотрю.

Папа замечает мой взгляд.

— Прошлой зимой мы с катка не вылезали.
На рыбалку со мной ездил. Спиннинг всегда сам закидывал.
Ему обязательно надо было всё самому.
И чтобы рыба была больше, чем у меня.

Женя улыбается — будто он с папой всё ещё соревнуется.

Жене десять.

В апреле прошлого года был обычный весенний вечер.
Костёр. Одна секунда. И огонь сжёг половину его тела.

Лицо. Шею. Руки. Грудь.

Потом был спецборт МЧС. Ожоговая реанимация.
Три месяца между жизнью и смертью. Пересадки кожи. Долгие операции.
Потом Жене ампутировали фаланги пальцев обеих рук.
Потом выписали домой.

Но ожоги не заканчиваются, когда ребёнка выписывают домой.

Рубцы теперь покрывают почти всё тело. Кожу стягивает до боли.
Шея почти не поворачивается. Руки не поднимаются выше плеч. Дышать тяжело.

— Раньше только до пояса мог, — тихо говорит мама.

Женя откладывает грузовик и пытается достать из шкафа коробку с любимыми коньками.

— Ждёт, — говорит мама. — Всё спрашивает, когда можно будет снова на лёд.

Жене нужны лазерные шлифовки рубцов — каждые несколько месяцев.
Реабилитация. Операции на кистях и на грудной клетке.

Денег на это у семьи нет.

Женя достаёт телефон. Показывает мне фотографию.
Река. Он держит рыбу. Большую.

— В тот день больше папиной была, — говорит он с гордостью.
А теперь не могу катушку крутить.

Мы смотрим фотографии и пьём чай.

Перед уходом Женя подходит ко мне и протягивает коробку.

— А ты можешь передать им подарок?