Которые лечат

Артёму семь лет.

Когда я захожу в квартиру,
он прячется за дверью
и выглядывает одним глазом.

Потом выходит.
Подходит совсем близко.

— Ты откуда? — спрашивает он.

— Из фонда.

— А фонд — это что?

Я начинаю объяснять что-то про добрых людей,
про помощь, про лечение, про врачей.

Он слушает секунды три.
Потом смотрит на мои руки.

— У тебя все пальцы сгибаются?

Смотрю на свои пальцы.
Сгибаются.
Я киваю.

— Повезло, — говорит он.

У Артёма пальцы сгибаются не все.
Он старается разжать ладонь полностью.
Не получается.

Потом берёт машинку и пытается открыть дверцу.
Не выходит.
Помогает второй рукой.
Снова не выходит.

Кладёт машинку на стол.

— Ничего, — говорит. — Потом.

Мы садимся на пол.
Артём показывает мне свой рисунок.

Небо.
Деревья.
Дом.

Я спрашиваю:

— Твой?

Он качает головой.

— Нет.
Мне сказали,
что мой сгорел.

В квартире пахнет кремом от ожогов.

Пёс ходит следом за мальчиком
и лижет ему руки.

В тот день его не отвели в садик.

Потом был пожар.

Огонь забрал всю его семью.

Артём — единственный, кто выжил в этом пожаре.

Когда его нашли — 65 процентов тела были уже обожжены.

Кожи местами не было вовсе.

Огонь прошёл по лицу, шее, рукам, ногам и туловищу.

Врачи говорили — с такими ожогами дети не выживают.

Девять месяцев Артём боролся в реанимации —
не умирал.

Выжил.

Потом был детский приют.

Потом в его жизни появилась новая мама.

Её зовут Надежда.

Надежда Михайловна ставит чай.
Говорит тихо:

После таких ожогов,
когда ребёнок растёт —
коже становится тесно.

Простые движения — это боль.

Взять ложку,
застегнуть пуговицу,
разломить хлеб,
завязать шнурки.

Рубцы тянут.
Скручивают.
Суставы не разгибаются.

Из-за стяжки подмышкой не поднимается левая рука.

Артёму нужно лечение. Долгое. Сложное.

Фракционная лазерная абляция кожи и операция на кистях рук.
— Миллион триста тридцать тысяч.

Я за всю жизнь столько не держала в руках —
говорит мама, не глядя на меня,
и достаёт из холодильника малиновое варенье.

— Для Артёма делаю. Он очень любит.
Мы пробуем варенье.

За окном белеет Зеленодольск —
весь день идёт мокрый снег.
Но в воздухе уже чувствуется весна.

Перед уходом Артём снова подходит ко мне.

— А ты можешь написать,
чтобы они быстрее?

— Кто?

— Ну… которые лечат.

Уже помогли

156 человек

Осталось собрать

-2 469 ₽