Можно и не заметить

Василиса наклоняется к клавишам —
словно ищет нужную ноту.

Играть она научилась сама.

— Это громкая, — объясняет мне Василиса. —
А это тихая.
Тихие я не люблю.

Когда она родилась,
тест на слух показал: «не слышит».

Врачи говорили: подождите, перепроверим.
Может, обойдётся.

Перепроверяли почти три года —
не обошлось.

Один сломанный ген.
Коннексин-26.

И мир для Василисы — беззвучный.

Родители купили дочке слуховые аппараты.
Начались занятия.
Логопед. Дефектолог.
Каждый день.

Появилась речь.
Потом буквы.
Потом музыка.

Василисе шесть.

Сейчас она говорит длинными предложениями.
Читает по слогам.
Поёт и танцует в такт.

Если не знать о диагнозе,
можно ничего и не заметить.

Только подходит совсем близко,
когда с ней разговариваешь.
Следит за губами.

Её слуховые аппараты уже износились.

В тишине они ещё кое-как справляются.
Маму можно попросить повторить.

Но впереди школа.
А школа — это место,
где тишины не бывает.

И во всём этом шуме Василисе нужно будет
услышать шёпот друга и речь учителя.

К синтезатору девочка наклоняется всё ниже и ниже.

Между её лицом и клавишами
почти не осталось расстояния.

Новые слуховые аппараты стоят 299 659 рублей.

Таких денег у мамы нет.

За окном включили сирену.
Здесь это теперь часто.

Из комнаты всё ещё доносится
Василисина музыка.

Заглядываю попрощаться.

Но Василиса предлагает мне послушать,
как она умеет читать:

берёт с полки «Снежную королеву».
Садится рядом с плюшевой кошкой.
И читает ей вслух.

Медленно. Старательно. По слогам:

— Кая понесло прочь от дома.
Он громко закричал…
но никто его не услышал.

Уже помогли

283 человек

Осталось собрать

175 808 ₽