Чтобы через год пошёл снег

В Краснодаре зима почти незаметна.
Тут больше солнца, чем снега,
и дети чаще бегают по асфальту,
чем скатываются с горок.

Марк живет здесь.
Ему три.

Иногда мама вдруг говорит:

– А помнишь, как прошлым летом
мы гуляли по Красной площади?

Марк улыбается.
С Москвой у Марка особая связь.
Совсем не прогулочная.

Марк почти не двигается так,
как другие дети.

Ему трудно сидеть.
И ползать.

В первый месяц после рождения
врачи поставили диагноз:
спинальная мышечная атрофия.

Но мама с папой не сдались.
Через два месяца
в Москве
Марк получил укол жизни –
препарат Zolgensma.
Единственный шанс.

Болезнь удалось остановить.

С этого момента начался путь.
Медленный.
Настоящий.

Сейчас Марк учится сидеть,
опираясь на подушки и мамины руки.
Учится переворачиваться,
как будто каждый раз
берет важную высоту.

Мама рядом всегда.

Следит за каждым движением,
поддерживает
и радуется маленьким победам.

Сестра Настя тоже рядом.

После школы она бежит к брату –
играет с ним в мяч,
собирает пазлы.

Чтобы этот путь не остановился,

Марку нужна реабилитация.
Непростая.
В воде.

В воде телу легче.
Она держит,
снимает тяжесть,
позволяет мышцам работать
без боли и резкого усилия.

Там движения,
которые на суше почти невозможны,
становятся реальными.

Это шанс сохранить и развить то,
что у Марка уже есть.

Для этого нужно 120 000 рублей.

Марк еще маленький.
Он не может сказать,
о чем именно мечтает.

Но недавно
в Краснодаре
пошёл снег.

Марк смотрел на него долго
и смеялся.

Возможно, однажды
он снова окажется в Москве.

И увидит снег.
Не чуть-чуть, как дома.
А много.

А потом он
сядет на санки.

Будет веревка в варежке.
Мамина рука, которая подтолкнет.
Короткий вдох.

И вниз.

Для этого, в сущности,
нужно не так уж много.

Чтобы через год
в Москве
пошел снег.

И чтобы сейчас
кто-то оказался рядом
и помог.

А со снегом в Москве,
как известно,
проблем не бывает.